lirryk: (соловил)
Мир устроен непостижимо.
У меня завелась тля на кустике лаванды. Полезла я в интернет за рецептом, а там пишут: "Посадите рядом с зараженным растением лаванду, ее запах отпугивает тлю".
Кто-то из них неправильный. Или из нас.
lirryk: (соловил)
Ко мне тут в дверь довольно долго ломился юноша Сережа. Хотел узнать, спит ли Валихан, и забрать свой телефон. Поскольку ни Валихана, ни телефона у меня не было, да и Сережу я знать не знаю, а стучал в дверь он громко и ногами, я вызвала милицию, то есть, полицию. Прошел час, уже и Сережа грустный ушел, милиции так и нет, полиции тоже. Жду теперь, как дура, не знаю, что им и сказать. Может, среди них Валихан окажется?
lirryk: (соловил)
В аэропорту Вашингтона на паспортном контроле проверяющий спросил, кто величайший русский писатель. Я сдуру ляпнула, что Лев Толстой. А правильный ответ был -- Айзек Азимов, любимый писатель проверяющего. Мог бы и в страну не пустить...
lirryk: (бердслей)
Никогда еще у меня на дне рождения не было столько народу. Не знаю, как там официально посчитают, я это не умею. По моим подсчетам, чуть больше, чем дохуя. Ну, примерно. Приятно, че.
Самая жесть -- фотограф, который, говорят, упал с пожарной лестницы и разбился насмерть, пытаясь заснять шествие. Это неправильно. Ладно бы еще менты отпиздили -- логично все же. А так -- просто ужасно глупо и трагично.
Теперь про сидячую забастовку. В ней почти никто не участовал, кроме первых рядов и нескольких кучек граждан, уставших стоять. Что сказать? Вот не люблю, когда мне ни с того ни с сего говорят: "Опустись". И еще руками так показывают, как собаке, только что сахарок не показывают. И похуй мне, перед кем и во имя чего. Мы так не договаривались. Договаривались на шествие -- так и давайте шествовать. А то, понимаешь, зовут в филармонию, а приводят на хату. Вот это было нехорошо, и не нужно было это никому. Но количество тех, кто не стал садиться, радует. Значит, есть еще в нас какая-то свободная воля. А вот ленина у нас нет -- такого, который бы рявкнул, и сели бы все, как миленькие, и я бы села, и поползла бы ползком брать Кремль по мановению царственной руки. Нет его, и слава богу.
Но ясно одно: не будет инаугурация безоблачной. И все дальшейшее тоже. Вон, уже сейчас льет, как из ведра, и грохочет. Сама природа против.

UPD: Да, совсем забыла. Гениальная была там Царь-жопа. Фотки в сети есть. Очаровательно. И ужасно трогательный белый медведег, сделанный из воздушных шариков, которого хотели запустить в небо, но он зацепился за провода (метафорично цеплялся за связи) и висел там, печально улыбающийся. И как бы помахивал, качаемый ветерком
lirryk: (очки)
В пятнадцатикратный бинокль Марс был виден изумительно, и даже спутники можно было рассмотреть, если прибор зафиксировать. Марсиан не видела, но на всякий случай погрозила кулаком, чтоб и не совались. Охуенное, скажу вам, зрелище, целый Марс!

Утро

May. 31st, 2011 10:48 am
lirryk: (Default)
C девяти утра на стадионе под окном народные гуляния. В пасмурном майском пейзаже унылые школьники вяло скачут в мешках и бегут куда-то со связанными ногами.
Я могу понять, зачем они связывают себе ноги, зачем лезут в мешки... Но зачем, господи, они стучат молотками по кастрюлям?!
А зимой красивые девочки и мальчики катались там на коньках...

UPD: Оказывается, это корейцы. Из посольства. Тогда тем более все понятно.
lirryk: (соловил)
Москва хорошо. Харашо Масква, халасё-халасё, как говорим мы, гастарбайтеры.
Но здесь и правда всё очень даже замечательно, чтоб не сказать охуенно.
Во-первых, тут есть Ленин. А где Ленин, там перемены к лучшему.
Во-вторых, нет сосуль. Кое-где и болтается какая-нибудь мелочь, и наивные москвичи пытаются выдать это за сосули, но, боже мой, кого они надеются обмануть?! Ленин в его нынешнем состоянии, и тот гораздо крупнее, чем эти, с позволения сказать, сосульки.
В-третьих, тут нет снега. Его аккуратно собирают и вывозят в Петербург, где посыпают им улицы.
Кроме того у меня есть дом, а в нём - отличные окна. Я особенно люблю два: одно из кухни в ванную, а другое - из кухни на ледяной каток во дворе. Люблю сидеть с чашечкой кофе, переводя взор с одного окна на другое.
Вдобавок там есть ветхий проигрыватель и пластинка "Брызги шампанского". Я ставлю её, когда каток закрывается и музыку выключают. А до этого там играют романтические мелодии.
Ещё у меня есть работа, а на работе начальник. Начальник хороший, только у него жутко вонючий крем для обуви. Некоторые говорят, что он, крем этот, и на вкус мерзок, но моя должность ещё не так высока. Всему своё время. Когда я буду начальник, я куплю крем со вкусом мороженого и запахом свежей книги.
Но вот кое-чего здесь нет. Здесь у меня нет традиционной питерской хандры, ощущения бесцельности и всеобщей гадости существования. Но без этого жить можно, оказывается.
lirryk: (щука)
Ну вот. Через пять часов старт. Прощайте, родные сосули, ещё вас хоть раз пососу ли?
lirryk: (бердслей)
- Ой, как мило, что ты с котиком! - радуются хозяева, открывая дверь. - Он принесёт нам удачу в новом году!
Котик действительно приносит удачу первые полчаса. Его любят, кормят, тискают, бросают мячик. Обрадованный котик поворачивается задом к новому плюшевому креслу и брызжет пахучей струёй. Он теперь уже как бы дома. Хозяева, неловко переминаясь с ноги на ногу, говорят:
- Ах, у нас так неудобно с животными, и аллергия, и вообще...
Следующий дом. 
- Ой, как мило! - радуются там. Но, спустя час, утешая рыдающего попугайчика и гладя его по остаткам перьев, неловко переминаются с ноги на ногу:
- Ах, у нас так неудобно с животными...
И дальше, новые дома, новые люди. 
Разбитый хрусталь - банальность, стыдно сказать, но хозяева недовольны.
Порванное платье хозяйки - платье жуткая безвкусица и полнит, но разве докажешь?.
Украденное мясо - но котик не ест мяса, он только поиграл с ним немного, ещё можно было помыть и доесть, совсем зажрались.
Опрокинутая ёлка, стеклянные шары вдребезги, котик мог пораниться, но кого это волнует?! Жестокий дом, отсюда мы уйдём сами, как только выпутаем котика из электрической гирлянды.
Укаченный под шкаф слуховой аппарат хозяйской бабушки, там же - проколотая когтем силиконовая грудь хозяйской тётки. И снова:
- Ах, у нас так неудобно...
И дальше, дальше!
А дальше будто бы всё хорошо, и там есть свой котик, миниатюрный, изящный, похожий более на кошечку. Котики вместе весело бегают за верёвочкой, а потом, пока все увлечены селёдкой под шубой, котик-гость заваливает хозяйского котика в коридоре, прикусив тому загривок, и совершает с ним акт любви. На вопли сбегается весь люд, шок! И хозяйский котик потом долго с тоской и надеждой смотрит на дверь, которую разъярённые хозяева уже безо всякой неловкости захлопывают за гостями.
Рассекая новогоднюю ночь, мы с котиком колесим по городу в поисках дома, где нет плюшевых кресел, попугайчиков, глухих бабушек и миловидных котов. Щурясь, будто капитан пиратского судна, котик строго глядит сквозь лобовое стекло на падающий снег.
lirryk: (Default)
Господа!
Мой телефон остался греться под относительно жарким южным солнцем. Все ваши контакты, номера, адреса, клички и биографии остались там же. Потому прошу высылать смсками или любыми другими способами. 
lirryk: (Default)
Чудный выдался денёк. Муж ушёл, с работы уволили, дочь сломала руку, кот нассал в шкафу, неведомый геосимволит ругал нехорошо. Или это геосимволист нассал, а кто тогда уволил? Ну не суть.
Спорим, щас и водка окажется палёная? Эх, прощайте, други!
lirryk: (очки)
   Истинно райский уголок, Малая Вишера привольно раскинулась на берегах полноводной бурливой реки Вишерки. Раскидываться на берегах засиженного Волхова было пошло, а Вишерка оказалась в самый раз. К Малой Вишере ведёт извилистая лесная дорога, слегка припорошенная застарелым асфальтом, а на въезде в город гостеприимно высится какая-то древняя и, наверное, чем-то знаменитая пушка.
   Впервые я оказалась в этом милом городке пару лет назад, ранней, ещё промёрзлой весной, в три часа ночи, с топором, лопатой и трупом овчарки на заднем сидении авто. Но эту историю я расскажу когда-нибудь потом, если её кто ещё не знает.
   А сейчас хочу я поведать...
   Короче, не собираюсь я ничего поведывать, а расскажу про интернет, "вКонтакте" и обманутые надежды.
   Надо сказать, что несмотря на всю райскую уединённость, в Вишере кипмя кипит городская жизнь, и даже есть несколько компьютеров. Один из них принадлежит Вадику и его семье.
   Двадцатилетний оболтус Вадик, покерный король и звезда вишерских дискотек, водит "газель" и бухает в бане по субботам. А ещё у него есть страница "вКонтакте", на которой и происходит его личная жизнь в те минуты, когда руки свободны от баранки, стакана и карт.
   В общем, как это случается рано или поздно с любым из нас, однажды Вадик подцепил в интернете вирус. Вирус тут же вывесил на экран наглую голую бабу и наглухо заблокировал "вКонтакте". И вот, когда порнобаннер уже изрядно приелся, да и мама стала поглядывать косо, Вадик вызвал из далёкого Питера дружественный десант.
   Десант прибыл на сей раз без топора и дохлой собаки и сразу принялся за дело. Вадик суетливо прыгал вокруг, причитая: "Да мне же в "Контакт" не зайти, а у меня же там, мне же там! Я же уже две недели там не! А там же всё!" - и прочее в таком духе. Потом он нервно уходил курить на кухню, там бешено ел, возвращался и начинал завывать вновь.
   Потому что "вКонтакте" действительно было всё. Друзья общались, вешали друг другу на стену неприличные картинки, рассылали "письма счастья", писали в статусах цитаты из де Лакло (вычитав эти цитаты в чужих статусах и более ничего о де Лакло не зная), рисовали жопу запятыми и кавычками, выкладывали фотки из бани. И весь этот безудержный праздник жизни и молодости проходил без него, Вадика! С ужасом он думал: а что, если вдруг десант не справится, не оправдает, не победит? Отныне и навек останется он замурован в своей оффлайновой келье, угрюмый и заросший бурой щетиной, обречённый на одиночество до конца дней. И все девчонки, ещё вчера вешавшие на аватарки котят, теперь повесят фотографии в свадебных платьях, а потом и портреты перемазанных кашей младенцев, и пацаны покинут группы "любителей мочиться в душе" и вступят в "общества руководителей среднего звена", и всего этого он не увидит, а только будет воображать бессонными пивными ночами, вперяя невидящий взгляд в потолок вместо монитора...
   Шли вторые сутки. Вадик не спал, не спал и десант. За окном орали отвязные вишерские голуби. Силы вируса таяли, и победа была близка. И вот уже нажата последняя клавиша...
   - Вадик! Держи свою страницу!
   Оглушённый, от счастья не верящий своим ушам, Вадик кинулся к компьютеру. Пальцы дрожали, не попадали по нужным буквам, и только с третьего раза он смог ввести свой пароль. Неспешный новгородский интернет нехотя загружал сайт. Вот уже появилась синяя полоса, вот проступила верхняя часть фотографии - жёлтая вязаная шапка с оторванным помпоном, вот ещё ниже - красные глаза, ещё - и уже знаменитая улыбка во все большие острые зубы, наконец, дедушкин овчинный тулуп, трусы и валенки. На глаза Вадика навернулись слёзы. Боковая панель оповещала об одном новом сообщении.
   - Моя страница! Моя фотка! Мои друзья! О, мои друзья, вы не забыли меня! Кто-то из вас написал мне сообщение! Как же давно, боже, как давно...
   Заплетающимся языком Вадик лепетал что-то бессвязное, руки холодели, сердце заходилось в предвкушении. С трудом нащупав мышь, он ткнул в меню. Десант молча смотрел через его плечо, как открывается страница сообщений.
   Огромными жирными буквами, чёрными, как вороньё на белом фоне, в окне взрывалось то самое сообщение, которого Вадик ждал так долго и вот, наконец, обрёл.
   В сообщении было два слова: "ВАДОС-ПИНДОС!!!".
   Вадик уронил голову в руки и заснул. Над ним беззвучно заходился в истерике обессиленный десант...
lirryk: (терсел)
Въехал в меня сегодня мужик.
Слегка так въехал, ласково. Понадеялся на ручник, наивный, и укатился с горочки прямо Цыпе в клюв.
Потом я мужика долго-долго утешала. "Не плачь, - говорю, - мужик. Мачо не плачут. Тебе со мной повезло, мужик. Потому что у меня ведро старое, а не какая-ни6удь там бентля. А могла бы на моём месте быть и бентля, мужик." Но он всё плакал. Он-то ехал чинить машину, но после того, как расплатился за мой бампер, денег на ремонт не осталось и он грустно укатил домой. Так обречённо, будто не впервой.
Жертвой стал комар.
На бреющем полёте он пролетал мимо. И попал между молотом и наковальней. То есть, между ВАЗ 2105 и тоётой терселом. Теперь его тело навеки впечатано в бампер Цыпы.
Мне кажется, это почётная смерть для комара. Ведь прихлопнули бы просто, и весь сказ. А так - тоже прихлопнули, по сути. Но каков масштаб! Выпьем же.
lirryk: (Default)
Лежали на стриженой траве возле учебно-тренировочного артиллерийского комплекса, смотрели звездопад. Никак не успевали загадать - пока звезда летела, времени хватало только на "о-о-о-о-о!", иногда, если горела ярко и долго, на "о-о-о-о-о, ахренеть!" Read more... )
Page generated Jul. 23rd, 2017 12:32 pm
Powered by Dreamwidth Studios