lirryk: (очки)
[personal profile] lirryk
***
Беспокойна была чёрная Имандра. Рыбаки всё по домам сидели, чинили снасть да попивали. Один старик Петрович во всяку погоду ходил сети проверять. Бродит старик Петрович с мобильником – нет сети, не ловит. Да и какая ловля, когда сети нет? Там походил, тут походил — как не было сети, так и нет. Да и то сказать – откудова тут сеть, когда ажно самая почта ишшо в семнадцатом году сгорела с телеграфом вместе?

***
Вот, значится, наладил старик Петрович свою лодчонку, сел в нее – да и потоп. Даже до воды не успел добраться. Да и как — вода? Название одно, а самой-то воды тут отродясь не было. Дальше она была. А где дальше – того уж никто не знал.

***
Была у старика Петровича собачонка, Трехножкой звали. Почему так звали – того никто не знал, потому как ног-то у ней было пять. Ну, как пять? Правду сказать, никто и не шшитал – дело ли рыбакам ноги у собаки перешшитывать? Так Трехножкой и называли.

***
Любила Трехножка с Петровичем по рыбу ходить. По кумжу, по микижу, по сига. Ну, это пока Петрович-то не потоп – а уж как потоп, так больше не ходила. Даром что ног пять. А и куда идти, когда вода аж вона где.

***
Сказывали, на том месте, где Петрович потоп, рыбы не стало, как и не было. А и правду сказать – не было там ее отродясь, потому как рыба-то, она воду любит, а вода вся аж вона где, на другом берегу, а то и ишшо дальше.

***
Так али не так, а народ-от у нас суеверный, потому стороной то место обходили. Кто левой стороной, а кто и правой. Да только слева-то не больно обойдешь – топи там да пески зыбучие. Ну, так старики сказывали, а проверять-то дураков у нас не было. Которые и были, так те сгинули – али в топях, али в песках, али еще где. Так что левую сторону тоже люди стороной обходили.

***
Так вот, сказывали, пошел раз Петрович с Трехножкой на сига. Ну, как на сига... Название одно – сиг, а посмотришь, так и нет ничего. Сига-то в наших местах отродясь не видали, а что ходили рыбаки на него – так и то сказать, куда ишшо идти? То-то, что некуда.

***
Пришли, значит, старик Петрович с Трехножкой на место – глядят да диву даются. Чистой души человек был Петрович – на все глядел да диву давался. И Трехножка, значится, на него глядючи, не отставала. Да и то сказать – как ей отстать, когда ног у ней не то три, не то пять, а все больше двух. А может, и не больше, не шшитал же ж никто.

***
Вот, значится, сидит Петрович, диву дается, а Трехножка рядом села, ухо свесила, да тоже диву дается, хоть и тварь бессловесная. Ну, как бессловесная, слов-то она знала много, да баек, да припевок, а уж как пойдет сказы сказывать – заслушаешься. Да только никто не заслушивался. Правду сказать, и не слушали ее рыбаки – собака же, тварь бессловесная.

***
Подивились они да и назад повернули. Вот и день прошел. А дома старуха уху варит. Ну, как старуха – так ее рыбаки называли, а кто уж она была, того никто не знал. Правду сказать, не было у Петровича никакой старухи, потому как надобности не было: уху-то из рыб стряпают, а рыба вся ишшо при царе Николашке ушла. Ну, как ушла – ушла бы, если б была, а ее ж и не было, то на то и выходит.

***
Только сел Петрович уху есть, глядь – а ухи-то и нет. Так и лег спать несолоно хлебавши. Ну, как – лег... Вполбочка как сидел, так и примостился у печки, да и дремлет себе. А и кому ему дремать ишшо, когда старухи-то у него не было?

***
Раньше, сказывали, все было. Рыба была, да уха, да пошта с телеграфом. Поштальон на лисапеде колесил. Но то ишшо при царе было. Ну, как – при царе? В ентих-то местах царей отродясь не было. Демократия тута была, как в Древнем Риме.

***
При демократии у кажного был али лисапед, али лодчонка. А как начали социализьм строить, так у одного Петровича лодчонка и осталась. Да и та потопла, так что нонеча и той нет. А последний лисапед ишшо в семьдесят шестом на какого-то заграничного бандита сменяли.

***
Социализьм-от так и не построили. А и как его построишь, когда по левую сторону топи да пески зыбучие, а правый социализьм — та ишшо небылица? Стали тогда капитализьм строить. Да тоже что-то там не срослось.

***
Сказывали, приехал раз в эти края сам царь с Питербурха. Но то ишшо при царе было. А как царей в Питербурхе отменили, так больше уж не ездил. Обиделся, поди, али денег на поезд не стало. Ну, как – поезд... Поезда-то тут и при царе не ходили.

***
Старики сказывают, потому не ходили, что поезд – он по рельсам шурует, а откудова рельсам взяться, когда не положил никто? Сами, поди, не растут. Ну, как – не растут... На полвершка прорастают да и больше ни в какую. Чай не черноземье, камни одни да топи. Север!

***
Был один старожил, Никодимычем звали. Почему так звали, никто не знал, потому как был он Феофанов сын. А отца евоного, Феофана-то, и вовсе Прокопием кликали. Потому ли, али еще почему, Никодимыч на имя-то и не отзывался. Хоть ты узовись. Да правду сказать, не больно-то и звали – нужен он кому, старый.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

June 2016

S M T W T F S
   1234
567 891011
12 131415161718
19202122232425
2627282930  

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 19th, 2017 11:27 am
Powered by Dreamwidth Studios